Проблеме выгорания медицинских работников и тому, как врачи могут помогать друг другу, посвятили конференцию «Врачи – обществу: диалог профессионалов» на XIV Петербургском международном форуме здоровья. Эксперты разобрали причины феномена, и тяжелая работа среди них – далеко не единственная. Вместе с Региональной общественной организацией (РОО) «Врачи Санкт-Петербурга» эксперты рассказали о городских программах поддержки медиков.
Гори, но не сгорай
Медицинский психолог Городского центра профилактики эмоционального выгорания «Гори и не сгорай» психиатрической больницы № 6 Татьяна Михайлова напомнила: «Выгорание относится именно к профессиональной сфере. Его признали в международной классификации болезней (МКБ), но этого мало, с ним нужно что-то делать. Синдром складывается из хронического истощения, психологической дистанции (деперсонализации) и снижения эмоциональной эффективности, то есть обесценивания своего труда».
Выгорание часто путают с усталостью и депрессией. Усталость, по словам психолога, проходит после отдыха, а выгорание затрагивает все ресурсы сразу, от энергии до физиологии. От депрессии его отличает то, что интерес к жизни вне работы может сохраняться. Пять стадий выгорания идут от «медового месяца» энтузиазма до полного сгорания, когда человек уже не может работать, и ему нужна профессиональная, часто психиатрическая помощь. Чтобы не дойти до этого, Татьяна Михайлова советует врачам регулярно проверять свою нагрузку, не забывать поесть и поспать, больше двигаться и делать чекапы.
Врачи, по ее словам, среди помогающих профессий в группе риска едва ли не первые: на них лежит большая ответственность, а работа держится на общении и личной вовлеченности. Ключевое ощущение – бессилие, когда нельзя повлиять на результат. К этому добавляются личные особенности («синдром отличника»), организационные сбои (непрозрачные поощрения, нет обратной связи, бюрократия, рутина) и культурные факторы. «Раньше врач чувствовал статус и уважение, сегодня персоналу приходится спрашивать пациента, понравился ли прием. Позиция «клиент всегда прав» для медицины опасна. Пациент не всегда прав, у него тоже бывают разные эмоциональные состояния, и врач оказывается уязвим. Ожидания людей растут, а цифровизация приносит новые документы и отчеты. Когда все это сходится на одном человеке, рано или поздно он приходит к обесцениванию своего труда и ощущению бессмысленности».
«А кто я теперь?»
Руководитель центра «Гори и не сгорай», врач-психотерапевт Анна Банькова начала с новости: сейчас разрабатывают этику общения с компьютерными программами, где запрещены издевательства и оскорбления. «Даже искусственный интеллект хуже работает в токсичной среде, что говорить про уязвимый человеческий». Тяжелую работу коллег она объяснила метафорой: «Тяжело ли копать землю? Тяжело. Но если нас заставляют копать под дулом пистолета, а яма для нас самих, это становится невыносимым», ‒ сказала Анна Банькова.
Большая нагрузка, число пациентов и ответственность – лишь верхушка айсберга. Скрытая часть: кризис профессиональной идентичности. Медицина в массовом сознании осталась в сфере услуг. По ее словам, для пациентов этот переход оказался комфортным, а сами медики его внутренне не приняли и испытывают сильную обиду.
В некоторых медицинских учреждениях, по словам эксперта, до 40% сотрудников близки к пенсионному возрасту или уже достигли его. Молодые выпускники медвузов требовательны к эмоциональной стороне работы. Без перемен через 10-15 лет ситуация может оказаться очень сложной. Но перемены есть.
Врачами для врачей
Программу заботы о здоровье медработников представила врач-методист Городского центра общественного здоровья и медицинской профилактики, член Совета РОО «Врачи Санкт-Петербурга» Елена Ртищева: «Комплексная программа создана «врачами и для врачей». Она включает три направления: качество и доступность медпомощи, спортивные активности и чекапы. Отдельно выделена профилактика выгорания.
«В Петербурге впервые будет создана такая система. В стране профилактика сейчас ведется точечно. Универсальной панацеи, которую можно адаптировать, нет. Ни у нас, ни в мире. Идем на ощупь вместе с вами», ‒ отметила Ртищева.
Заведующий отделом мониторинга здоровья населения и корпоративных программ укрепления здоровья городского центра Сергей Репешов рассказал о «паспортах здоровья коллектива». По задумке, весь персонал медорганизации проходит опрос, чтобы собрать первичный анамнез коллектива. Сейчас в паспорте больше 120 показателей: поведенческие риски, выгорание (его отдельно внедрили для медиков), утомляемость, клинические маркеры. Чаще всего выявляют низкую физическую активность, нехватку овощей и фруктов в рационе, а еще чаще стресс и выгорание. В коллективе, где программу уже внедрили, стресс снизился примерно на 20%, вырос интерес сотрудников к ЗОЖ, стало лучше с алкоголем и табаком.
Позитивный опыт
Заместитель главного врача по медицинской части Городского врачебно-физкультурного диспансера Магометгаджи Алхазгаджиев рассказал о спортивной части программы, которая стартовала в августе–сентябре 2025 года. Врачам рекомендуют ходить пешком вместо транспорта, планировать отдых в перерывах и делать микротренировки, например играть в настольный теннис.
«Мы также провели турнир по городкам среди 14 учреждений здравоохранения, были тренировки по стендовой стрельбе по тарелкам. Тоже эмоционально разгрузились. Появилась хоккейная команда. После турнира пришло много положительных отзывов, участники просили продолжения. В планах создать спортивную лигу врачей Санкт-Петербурга. Я сам занимаюсь борьбой. Борьбой с выгоранием», — пошутил Алхазгаджиев. Но призвал коллег к серьезности: «Эмоциональное выгорание – это серьезная проблема. А спорт объединяет коллектив, создает позитивную среду. Мы все должны помнить: здоровый врач – здоровый пациент».
Объединение усилий
Анна Банькова рассказала, как устроена система центра «Гори и не сгорай». Это, насколько ей известно, первое подобное профильное подразделение в медицине. Профилактика выгорания, по ее словам, должна стать повседневной частью жизни медорганизаций, как когда-то асептика и антисептика.
В пилотной поликлинике №76 уже провели мастер-классы и тренинги для врачей и среднего персонала. Один из главных: обучение руководителей давать положительную и отрицательную обратную связь, чтобы сотрудник даже при ошибке чувствовал себя в безопасности.
Сейчас к программе подключили еще 10 организаций разного профиля от поликлиник до скорой помощи. В планах создать реестр участников и «знак отличия» для тех, кто занимается профилактикой выгорания. Долгосрочная цель: филиалы центра внутри организаций с корпоративными медицинскими психологами и психотерапевтами. Сотрудник проходит анонимную диагностику, а затем добровольно включается в мастер-классы, тренинги и группы поддержки. Центр привлекает и студентов-третьекурсников медвузов, чтобы будущие врачи лучше знали реалии профессии.
«Закона о выгорании нет»
На проблему с правовой стороны обратил внимание юрист, представитель Ассоциации по защите прав в сфере здравоохранения в СЗФО Виктор Бетрозов. По его словам, выгорание – не диагноз врача, а скорее диагноз организации. «В МКБ-11 выгорание описано как результат хронического стресса на рабочем месте. А рабочее место врачу не принадлежит: его проектирует руководитель. Поэтому организационную проблему, нельзя вылечить одной дыхательной гимнастикой».
Слова «выгорание» в законе действительно нет, признал он. Но обязанности работодателя вокруг этой проблемы есть, и собираются они из пяти норм, которые работают уже сегодня. Среди них и право на безопасные условия труда и отдых (статья 37 Конституции), и сокращенная рабочая неделя для медработников (статья 350 Трудового кодекса). «Защита врача начинается не в день возбуждения уголовного дела, а в день утверждения графика», — заключил юрист.
Разрыв между нормативом и реальностью он показал сразу, попросив поднять руки тех, кто хоть раз заполнял карту после смены. В зале случилось оживление, кто-то поднимал обе руки или даже ноги.
«Каждая поднятая рука, ‒ подчеркнул Виктор Бетрозов, ‒ это час, который организация забрала у врача и нигде не учла. С точки зрения юриста, это плохая новость: через два года этот неучтенный час может всплыть уже как доказательство ошибки. А врач помнит о цене своей ошибки каждую минуту. А к нему не приходят в хорошем настроении: приходят со страхом, болью, иногда с агрессией, часто с родственниками, которые требуют невозможного. Но есть и третья причина, о которой говорят меньше всего. Двадцать лет назад врач отвечал перед пациентом. Сегодня он одновременно отвечает перед пациентом, родственниками, администрацией страховой компании, Росздравнадзором, следствием, судом и социальными системами. Он отвечает на восьми фронтах, а зарплату получаете за один». Отсюда новый страх: врач боится уже несложного академического случая, потому что этот случай через два года может оказаться в заключении судебно-медицинского эксперта. Так рождается защитная медицина: лишние анализы, лишние обследования, отказы без детализации. Врач начинает лечить не пациента, а будущее экспертное заключение.
И стратегия «пусть врач отвечает» не работает: за вред, причиненный работником, отвечает организация (статья 1068 Гражданского кодекса). Он оговорился, что правила «выгорел – значит не отвечает» в российском праве нет и не будет, но условия труда важны для оценки причин события и роли администрации.
«И начинать нужно именно с организационных мер: нагрузка, график, штат. Правильный вопрос не «как научить врача выдерживать больше», а «почему мы построили систему, в которой человек все время работает на пределе», — подчеркнул юрист.
От врача к пациенту
Выгорание касается не только врачей. На конференции прозвучало: до 70% жалоб самих пациентов связано с выгоранием или организационными сложностями. Общая цель, подчеркивают эксперты, создать культуру профессиональной устойчивости: заботиться о человеке должны и он сам, и система. «Но если вы не придете к нам, то мы придем к вам!» – намекнула коллегам врач-психотерапевт центра «Гори и не сгорай».
